Алиби

- Взгляните в окно. Видите девушку? – спросила Ева Адамовна.

Маи посмотрела на улицу и увидела худую высокую девицу лет семнадцати. На ней было розовое вязаное платье, ярко синий плащ, белые ботинки с ядовито желтыми шнурками и косынка в большой зеленый горох.

- Ее зовут Лала. Я познакомилась с ней при любопытных обстоятельствах, - продолжила Ева Адамовна, - Рассказать?

Но в этот момент девушка сама заметила их и вбежала в кафе.

- Ева Адамовна! – воскликнула она, - Как хорошо, что вы здесь…

- Почему вы так кричите, деточка? – поморщилась та.

- Только что… - девушка оглянулась по сторонам и понизила голос, - Только что я стала свидетелем убийства…

- Что же вы не пошли в милицию? – поинтересовалась Маи.

- Я пошла! Точнее, позвонила, но они мне не поверили. То есть, поверили, но не стали ничего делать. Но Лерка, моя подруга, она была у него! Он ее убил, закопал и…

- Надпись написал? – подсказала Маи.

- Она там, в его саду под деревом зарыта! – горячо зашептала девушка, - Я звоню ей, а мне говорят, что абонент находится вне зоны досягаемости, понимаете?!

- Железный аргумент.

- Вы мне не верите? – обиделась Лала, - Ева Адамовна, вы тоже?

- Я? – пожала плечами женщина, - Если честно, я вообще ничего не поняла. Кто такой «он»? И почему он убил вашу подругу?

- Потому, что он маньяк, этот Зарубин! Лерка, как и я - певица. Работала на него. А он не захотел платить и…

«Врать она не умеет», - констатировала Маи, внимательно глядя девушке в глаза. Затем взяла ее за руку и сказала:

- Успокойтесь и начните все с начала. За что он ее убил?

- Я не знаю, правда! – воскликнула Лала и подумала: «Наверняка у Лерки остались копии фотографий. Надо будет отправить их в милицию. Эх, говорила я ей, шантаж – дело опасное…»

- Значит, не знаете? – еще раз повторила свой вопрос Маи.

Девушка отрицательно покачала головой.

- Тогда прощайте. Мне пора.

- Но как же! - встрепенулась Ева Адамовна, - Вы разве не поможете бедняжке?

- Нет. Я не могу помогать человеку, который врет и выкручивается.

- Я не вру, - захлопала ресницами Лала.

- Да? А кто только что думал про фотографии, шантаж, и милицию? Константин Сергеевич Станиславский? Кстати, за актерское мастерство вам двойка.

Девушка изумленно уставилась на Маи и пролепетала:

- Вы что – читаете мысли?

- Читает, - подтвердила Ева Адамовна, - Так что, деточка, вам лучше не врать.

* * *

Идея была гениальной, а главное – беспроигрышной. Он сам подошел и спросил, что делает такая красивая девушка на этом скучном вечере. «Пою», - сказала Лера и пошла на сцену. В конце программы он возник снова, был подшофе, говорил комплименты. К тому времени она уже знала, что фамилия его Зарубин, и что он – генеральный директор строительной фирмы, юбилей которой и отмечался сегодня. Слово за слово и они договорились встретиться, а через неделю их любовный роман был в самом разгаре. Именно тогда Лера рассказала о своем гениальном плане, который требовал надежного помощника. И уже на следующий день Лала, как заправский папарацци сняла около сотни пикантных кадров из шкафа, очень удобно расположенного в спальне подруги. Потом Лера назначила Зарубину встречу и показала снимки, наглядно демонстрирующие факт их прелюбодеяния. Расчет оказался верным. Сумма в двадцать пять тысяч долларов вовсе не испугала богатого дядю. Гораздо больше он боялся огласки, поскольку был давно и прочно женат, к тому же слыл человеком с безупречной репутацией. В общем, пообещал заплатить. Почему двадцать пять? Именно столько нужно было для записи и раскрутки нового альбома группы «Вепри», созданной Кириллом Розановым, в которого Лерка была влюблена как кошка. И вот сегодня ей пришло сообщение от Зарубина: «Деньги есть. Жду у себя дома ровно в пять. Приезжай одна». Лера поехала, а через полчаса Лала, оставшаяся в парке неподалеку, получила от нее тревожное смс: «Зарубин хочет меня убить!» Конечно же, она бросилась на помощь и там, в окне увидела, как он бледный и растрепанный тащит бездыханное тело подруги по полу. Хотела вбежать в дом, но передумала. Потом все стихло ненадолго, и из глубины двора донеслись странные звуки. Лала забралась на участок соседей и через щель в заборе увидела Зарубина, закапывающего труп в саду. Холодея от ужаса, она набрала номер подруги. «Абонент находится вне зоны досягаемости» - сказал ей телефон. И вот тогда она вызвала милицию. Но, увы. Та приехала, покрутилась немного и убралась восвояси. Даже не попыталась ничего искать…

- А вы рассказали им все, как и нам? – уточнила Маи.

Лала поморщилась и вздохнула.

- Нет. Я спряталась и наблюдала за ними со стороны.

- Почему?

- Лала сбежала из дома, - вклинилась в разговор Ева Адамовна, - И теперь боится, что ее как несовершеннолетнюю вернут родителям. Собственно мы так и познакомились. Я выдала себя за ее тетку. Жалко стало девочку…

- То есть, если я правильно поняла, то страх вернуться к родителям оказался сильнее, чем угроза смерти лучшей подруги? – холодно спросила Маи, - Или вы банально струсили?

- Нет! – вспыхнула Лала, - Просто… Он ведь уже убил ее! Что я могла сделать?

Лала всхлипнула и умолкла. За столом воцарилась тишина.

- Знаете, - нарушив ее, сказала Маи, - Есть такая древняя восточная легенда о двух неразлучных друзьях. Как-то они пошли на охоту и потерялись в темноте. И вдруг один услышал крик второго. Тот звал на помощь, на него напали волки. Сначала первый хотел броситься на зов, но потом испугался, подумал: «Его все равно загрызут. Даже если я побегу со всех ног, вряд ли успею. А волки и меня убьют. Какой смысл?» И пошел прочь. Вскоре крики утихли и первый, успокаивая себя тем, что поступил правильно, отправился домой. Но выйти из леса не смог. Кружил по нему семь дней и семь ночей и, совсем обессилив от голода и жажды, забылся под деревом. Во сне к нему пришел погибший друг. Он сказал: «Ты струсил и бросил меня». «Нет! – закричал первый, - Я просто не успел!» Но потом посмотрел в грустные глаза друга и, не смея больше притворяться, признался: «Да, я струсил. Прости меня» А на утро увидел необыкновенной красоты серебряный лотос. Тот возникал то здесь, то там, показывая дорогу домой. Так и вывел его из леса. На востоке лотос – священное растение, символ чистоты, символ правды. А правда – это то, в чем мы способны признаться в первую очередь самому себе…

Они снова замолчали.

- Красивая легенда, - задумчиво сказала Ева Адамовна и встрепенулась со свойственной ей артистичностью, - А что если мы создадим агентство? Или лучше детективный клуб! Клуб «Серебряный лотос». И вы, Маи, станете его президентом.

- Я подумаю, - ответила она и улыбнулась.

С одной стороны Маи неприятно поражали людские пороки, такие явные, откровенно мелкие, порой нелепые. С другой - влекли тайны, прячущиеся в закоулках человеческой души, притягивали трудные загадки, в которых приходилось бы восстанавливать цепочки разорванных или безнадежно спутавшихся событий, по крупицам воссоздавать причинно-следственные связи, отыскивать мотивы. Именно в такие минуты она чувствовала себя абсолютно счастливой. Временами Маи казалось, что подобная гимнастика ума готовит ее к самому главному расследованию всей жизни, которое еще неясно, но с каждым днем все более настойчиво прорисовывалось на горизонте. Или это гены японской бабушки, владевшей способностью проникать в глубины человеческого сознания, не давали покоя… А, может, дар слышать чужие мысли, который свалился как снег на голову… Зачем-то же он появился? На первый взгляд в нем легко угадывалась святая цель – помогать другим, но Маи не обольщалась на этот счет. Она не страдала мизантропией, однако и не обладала добродетелями матери Терезы. Маи относилась к редкому типу людей, которые могли долго и с удовольствием жить в одиночестве, не страдая от дефицита общения. И испытывали гораздо более сильную привязанность к кактусу на подоконнике, чем к милой соседской старушке с лицом доброй феи. Словом, Маи еще сама до конца не знала, зачем впутывается в чужие истории, но не впутываться не могла.

- Я пойду! – решительно поднялась Лала, - Куплю лопату и перекопаю этот чертов сад. Спасибо вам за все!

- Стойте. Я пойду с вами, - сказала Маи и вопросительно посмотрела на Еву Адамовну.

- А я с вашего позволения останусь, - интеллигентно сообщила та, - Должен же кто-то прикрывать тылы, а потом рассказать милиции, кто виноват в вашем исчезновении…

* * *

Моросил дождь и воздух, казалось, дрожал от мелкой водяной пыли. Дрожал сад, звеня сонными, еще не разбуженными ветвями и на фоне бледно-фиолетового неба черные стволы выглядели почти зловеще. Маи и Лала не без труда преодолели мокрый и от этого скользкий забор, направились по дорожке к дому.

- Вон там, - указала Лала на громадную раскидистую грушу, - Под ней он ее и закопал.

Лопата вонзилась в землю, и одновременно с ударом сад осветился вспышками молний. Они разорвали темноту и непонятным образом застыли в ослепительном сиянии. Но уже в следующую секунду стало ясно, что никакие это не молнии, я дальний свет фар двух машин, притаившихся за противоположным забором.

- Милиция! Лопату на землю, руки за голову! – скомандовал уверенный бас и к девушкам, качаясь в контровом свете фар, направились темные мужские силуэты.

- Майор Шереметьев! – представился главный, показав корочки.

Из дома вышли Зарубины. Хрупкая жена в наскоро запахнутом халате испуганно вертела головой, а муж – бледный и натянутый как струна глухо повторял: «Вы не имеете права, это частные владения!»

В конце концов, все разъяснилось. Лале пришлось признаться в своем звонке в милицию. Она рассказала обо всем, что видела, и маленький белесый милиционер составил протокол. Майор показал Зарубину ордер на обыск, посветив в него карманным фонариком, и предложил вполне миролюбиво:

- Может быть, сами расскажите, куда спрятали труп? Оформим как явку с повинной. Нет? Что ж, тогда будем искать…

И вдруг Зарубин обмяк и произнес дрожащим от волнения голосом:

- Труп в подвале. Но я никого не убивал – заявляю официально. Когда я пришел – она лежала в гостиной на полу. Клянусь!

- Кто – она? О ком ты говоришь, Валера? – растерянно спросила его жена, - Что здесь вообще происходит?

- Показывайте! – приказал майор и, повернувшись к девушкам, скомандовал, - Идемте, будете понятыми.

Они спустились в подвал, где между винными бочками и ящиком с инструментами лежало тело девушки. Один из опергруппы защелкал фотоаппаратом. В неоновом свете вспышки лицо Зарубина казалось восковым. Майор отвел в сторону и допросил его жену, и вдруг склонившийся над трупом милиционер крикнул:

- Она дышит!

Вызвали скорую. Кто-то тихо сказал: «Грузите быстрее, может не дожить». От увиденного у жены Зарубина случилась истерика, она наотрез отказалась оставаться одна в доме, и вместе с Лалой и медиками забралась в «скорую». Милицейские машины тронулись с места. Улица опустела, и Маи осталась одна. Она решила подумать в одиночестве. Было что-то не так с ее внутренним ощущением. Какая-то мелкая деталь, словно заноза, не давала покоя, ускользая и прячась в бурном потоке информации.

- Садитесь, подвезем! – высунувшись в окно, крикнул ей майор.

- Спасибо, сама доберусь, - ответила она.

- А я говорю – садитесь!

Маи покачала головой.

- Ну, что за упрямство! - пробурчал он, - Хватит мне происшествий на сегодня. Место глухое, автобусы не ходят…

Он вышел из автомобиля и подошел вплотную к Маи. Рядом они представляли собой хрестоматийный дуэт «гора и мышь» – рослый широкоплечий мужчина с крупным, немного тяжеловесным лицом и маленькая изящная девушка, едва достающая ему до плеча.

- Почему вы отказываетесь доехать с нами? - спросил он недовольным басом.

- Потому что хочу пройтись, - невозмутимо ответила Маи.

- Ночью? Очень разумно! Ладно, составлю вам компанию… Савельев, езжай! – махнул он рукой водителю.

Машина развернулась и, выхватив фарами мокрые кусты шиповника, двинулась к дороге.

- Вы вовремя приехали. Иначе Лала перерыла бы весь сад...

- Да мы никуда и не уезжали, сказал майор, - Во время первого визита клиент вел себя подозрительно, заметно нервничал. Но без ордера проводить обыск было нельзя. Пока получили, то да се... К тому же нужно было понаблюдать за домом. Ну, а дальше вы знаете.

- Но я так и не поняла, что он зарывал в землю?  

- Ничего. Просто хотел, чтобы соседи видели, что он весь вечер возился в саду, - майор огляделся, - Мы что, на самом деле пойдем пешком?

- Я – да.

- А я иначе представлял себе японок, - усмехнулся он.

- Это как?

- Более покладистыми, покорными и...

- Моя мать была русской, - оборвала его Маи, - Так вы думаете, что убийца Зарубин?

- А у вас есть другая версия? – с иронией спросил майор, - Мы нашли фотографии, которыми его шантажировали.

- А жена? Где она была в момент убийства?

- У нее железное алиби. Она находилась в тридцати километрах отсюда, на заправке возле шинного завода. Чек нам показала на двадцать литров девяносто восьмого бензина. На нем время отмечено: «семнадцать десять». Мы, конечно, все проверим, но вина Зарубина очевидна и мотивы более чем убедительны. А что это вы интересуетесь, а? Хотите поучаствовать в расследовании? – не без иронии спросил майор.

Зазвонил его мобильный.

- Да! – рявкнул он, затем скорчил недовольную гримасу, - Слушаюсь... – отключил телефон и процедил сквозь зубы, - Вот уж неугомонная баба…

- Жена?

- Хуже. Начальница. Ну, скажите мне, милая барышня, зачем? Зачем женщине лезть в органы милиции? Что ей там делать?

- Вы сексист?

- Я мужик! – довольно грубо ответил он, - И ходить под пулями для меня абсолютно нормальное занятие. Я руководствуюсь не эмоциями, а здравым смыслом и железной логикой. Не завишу от ПМС и прочих женских заморочек. Не пытаюсь никого очаровать и не переживаю о том, как падает свет из окна на мою небритую физиономию. Я - мужик!

- Понятно, - кивнула Маи, - Вы - мужик. А вон маршрутка. Как раз идет в мой район.

- Вот она – женская логика! - засмеялся майор, - Только что вы хотели пройтись пешком, а уже через минуту передумали.

- Просто представила, что еще целый час буду слушать ваши теории разделения человечества по половому признаку…

- А я вас все равно провожу! - пробасил он и, согнувшись, забрался в маршрутку, - Не такой уж я монстр, каким кажусь. Просто каждый должен заниматься своим делом.

- Кюхе, кирхе, киндер? – уточнила Маи.

- Не надо утрировать. Хотя именно в этой схеме заложено вполне разумное, скажу больше - истинное предназначение женщины!

* * *

Следующие три дня Маи почти не спала. Ей все-таки удалось поймать за хвост ту маленькую скользкую подробность, которая на поверку оказалась не такой уж незначительной. Вскоре к ней добавилось еще несколько любопытных моментов, требующих разъяснений, и Маи начала действовать. Дважды она пыталась встретиться с женой Зарубина – Анной, но та страдала сильной мигренью и была не в состоянии общаться. Маи побывала на концерте группы «Вепри», после чего поговорила с неожиданно приветливым женихом Леры - Кириллом Розановым, заехала на заправку близ шинного завода, пообщалась с коллегами Зарубина, его конкурентами и соседями по дому. Все это, разумеется, пришлось делать неофициально, проявляя изобретательность, а местами и щедрость, так что к концу третьего дня кошелек Маи заметно похудел. В результате она окончательно убедилась: Зарубин был виновен лишь в адюльтере, но не более того. Лера тем временем пребывала в реанимации, в состоянии глубокой комы и прогнозы врачей выглядели неутешительными.

Наконец, в четверг утром Маи села за стол, торжественно положила перед собой чистый лист бумаги и довольно улыбнулась. Она знала имя убийцы. Маи вычислила его, кропотливо проверив десяток возможных схем и комбинаций. Однако это открытие ничего не стоило без последнего решающего хода, и девушка не замедлила его совершить. Она вынула из позолоченного футляра именной паркер отца – едва ли не единственное наследство, и написала письмо. Затем отложила паркер в сторону, обмакнула гусиное перо в серебряные чернила и ловко нарисовала в конце последней строки цветок лотоса. Осторожно подув на лист и, убедившись, что чернила высохли, положила его в длинный конверт, на котором начертала: «Майору Шереметьеву, лично в руки».

А через день в гости к ней явились Лала и Ева Адамовна. Обе были возбуждены и с порога принялись наперебой делиться новостями.

- Вы не поверите, но Зарубин не виноват! – сообщила первая, - Наш майор получил письмо от неизвестного, в котором было сказано, что убийца этой ночью придет в больницу к Лере, чтобы покончить с ней. И он пришел! Угадайте...

- Угадайте, кто оказался преступником? – перебила ее вторая.

- Неужели жена Зарубина? – подхватила их тон Маи.

Лала разочарованно вздохнула:

- Так вы уже все знаете...

- Постойте-ка, - хитро прищурилась Ева Адамовна, - Письмо написали... вы?

Маи кивнула.

- Но как? Как вы догадались?

- Никаких догадок. Только логика и трезвый расчет. Ну... и немножечко интуиции, - улыбнулась она, - С первой секунды мне не давала покоя одна маленькая деталь. Это СМС – «Зарубин хочет меня убить!» Если бы мне угрожала опасность и на счету была каждая секунда, я бы написала «он», а не тратила время на пять лишних знаков. Тем более, что в таком уточнении не было никакой необходимости, ведь вы, Лала, знали, где именно находится ваша подруга. Но Анна решила не оставлять сомнений по поводу личности убийцы. А все началось с того, что она наняла вашу подругу, пообещав ей солидное вознаграждение.

- Леру? Не может быть! – не поверила Лала.

- Может. Я узнала об этом от Кирилла. Пришлось воспользоваться своим даром, но это уже детали. Итак, она наняла Леру для знакомства и шантажа, но с самого начала задумала убийство. У Анны был молодой любовник. Как вы думаете, где он работал? На заправке у шинного завода. Именно он и обеспечил ее нужным чеком. Алиби – вот, что меня смутило больше всего. Уж слишком хорошим оно было. Этот бережно сохраненный чек с указанным временем заправки... Как только я поняла главное – все сразу встало на свои места. Анна отправила с телефона мужа сообщение Лере – «приезжай», затем они вместе настучали СМС вам...

- То есть...

- Да, Лала. Вас использовали вслепую. Одно дело – разыгрывать испуг, и совсем другое – испугаться по-настоящему. Вы были самым надежным свидетелем. Для вашей подруги план выглядел следующим образом. К моменту приезда Зарубина она изображает труп, вызывает вас. Зарубин начинает суетиться, прятать тело, свидетелем чего вы и становитесь. Поэтому вызываете милицию. Лера тем временем сбегает. Милиция тела не находит, однако, следы преступления налицо: немного крови, смс, а главное – ваши показания. А тело... тело он успел спрятать. Зарубин под следствием, денежки в кармане. Окажись ваша подруга менее легкомысленной, она легко бы просчитала всю несостоятельность такой версии. А вот Анна продумала все до мелочей. Только переоценила свои силы. Убить Леру ей не удалось – удар был недостаточно мощным. Прогнозы врачей ее немного успокоили и если бы не я... Сначала я отправила письмо Шереметьеву, а потом позвонила Анне и сказала: «Не волнуйтесь, скоро ваш муж будет на свободе. Врачи обещают, что в ближайшие сутки Лера придет в себя и все расскажет». Таким образом, у нее оставалась лишь одна ночь для убийства. И она отправилась в больницу.

- Это невероятно, - прошептала Ева Адамовна, - Майор уже благодарил вас?

- Нет. Письмо было анонимным. И я прошу вас, пусть все останется в тайне.

- Но как же! Вы раскрыли такое преступление... - запротестовала Лала, - И никто об этом не узнает?

- А я, кажется, понимаю, - многозначительно улыбнулась Ева Адамовна, - Тайный клуб «Серебряный лотос»?

- Что-то вроде того, - засмеялась Маи.

* * *

Через неделю ей сообщили, что Лера пришла в сознание и идет на поправку. На улице уже была совсем весна. Снег растаял, и под ногами веселыми потоками бежали ручьи. Маи шла и думала: «Как хорошо, что все живы и здоровы. Хорошо, что снова весна, что солнце такое теплое...» Люди на улице показались ей необыкновенно милыми и даже родными. Она задержалась на остановке: «Поехать, что ли в Ботанический сад?» Но вдруг Маи почувствовала, как в ее карман проникла чужая рука и в тот же момент она услышала чью-то торопливую мысль: «Так... еще немного... осторожнее, Боря, ты справишься... иначе ее убьют...»