Хрустальный дракон

Все, что знала Маи о своем отце, укладывалось в две короткие фразы: «Он японец. Исчез еще до твоего рождения». Об остальном мама не вспоминала принципиально. Говорила: «Забудь. Считай, что его не было». Маи понимала – ее гложет какая-то страшная не проходящая обида, но каждый раз, пытаясь вызвать мать на откровенный разговор, получала жесткий отпор. И вот теперь перед ней лежала фотография отца. Он стоял рядом с незнакомым мужчиной европейской внешности, а на обороте значилась подпись: «Я и Акио Танака в день рождения его дочери Маи. 8 июня 1980 года». Обоим мужчинам было около тридцати. «Значит, сейчас ему под шестьдесят…» - подумала Маи. То, что японец – ее отец, она не сомневалась ни секунды. Они походили друг на друга как две капли воды, и не только чертами лица. У мужчины был тот же взгляд, улыбка, осанка и даже легкий наклон головы вправо… Европеец рядом с ним казался гигантом. Белокурый, широкоплечий с орлиным носом, он напоминал романтического героя из старых фильмов. Ах, если бы мама дожила до этого дня, Маи обязательно заставила бы ее открыть свою тайну. А что теперь? Поехать в Японию у нее нет возможности, а искать европейца без имени по одной фотографии – утопия. Кто он? Американец? Француз? Русский? Надпись была сделана на японском - иероглифами, так, может быть, он до сих пор там живет? В общем, самое большое желание так и осталось за гранью реальности, а приоткрывшаяся разгадка оказалась ни чем иным, как обидной иллюзией.
«Нужно еще раз все обдумать» - решила Маи и отправилась на тренировку. Именно там, во время ударов и бросков ее мысль обострялась, становилась прозрачной как слеза, и ответы находились сами собой.
Маи решила пройтись пешком. Она миновала сквер и остановилась у перехода в ожидании зеленого света. Но светофор как будто забыл о своих обязанностях. Красный горел невыносимо долго, от проносившихся мимо машин рябило в глазах. На противоположной стороне улицы точно также нетерпеливо томился народ. «Представляю, как мы сейчас рванем навстречу друг другу» - подумала Маи. Вдруг ее взгляд выхватил из толпы знакомый силуэт. Она всмотрелась в лицо и замерла. Перед ней стоял тот самый мужчина с фотографии. Но даже не этот факт потряс Маи, а то, что другу отца, в восьмидесятом сделавшему надпись на обороте карточки, по-прежнему было не более тридцати…
«Этого не может быть!» - пронеслась в голове первая мысль. «Но это он!» - тут же уверенно прозвучала вторая. Светофор тем временем загорелся зеленым, и мужчина в окружении толпы двинулся ей навстречу. А Маи, как завороженная,  продолжала стоять на месте. Вот он перешел улицу, скользнул в метре от нее, повернул налево… Еще пару секунд – и его будет не отыскать в потоке. «Чего же ты стоишь?!» - очнулась Маи, рванула следом и крикнула:
- Подождите!  
На ее зов откликнулось сразу несколько человек, лишь он продолжал идти дальше.
- Да, постойте же! – догнала его Маи.
- Это вы мне? – обернулся мужчина, и на его лице появилась растерянная улыбка, - Вот так встреча… Вы Маи Танака?
- Да. А мы разве знакомы? – удивилась она.
- Нет, но именно так я вас себе и представлял. Собирался искать…
Они на секунду замерли, с интересом разглядывая друг друга, а затем синхронно, как по команде опустили руки в карманы и вынули оттуда одинаковые фотографии. На обороте каждой была сделана знакомая надпись.
- Но как это возможно? – не поверила Маи, - Вы совсем не изменились…
- Это не я, - поспешил успокоить ее незнакомец, - Это мой отец – Борис Евгеньевич Гордиевский. А меня зовут Олег. Я вам все расскажу, давайте присядем где-нибудь.
- Давайте. Здесь неподалеку есть уютное кафе.  
* * *
- Мой отец с самого детства болел Японией, - начал издалека Олег, - Дед рассказывал ему легенды о великих самураях, читал хайку… В общем, после школы отец окончил лингвистический университет, сначала занимался переводами, затем всерьез увлекся магическими ритуалами древней Японии… Так вот, это случилось в семьдесят девятом. Он впервые поехал в страну своей мечты в составе советской делегации. Как обычный переводчик. А там, разумеется, принялся активно искать соратников – исследователей сакральных знаний. И нашел вашего отца. Они стали друзьями. Даже написали совместную статью, которую напечатали в одном японском журнале. Потом Акио отправился с ответным визитом в Союз. Официальным поводом был конгресс, посвященный японскому литературному наследию. Мой отец принял его с радостью, решил показать родной город, для чего обратился в турбюро с просьбой дать ему лучшего киевского экскурсовода. Им оказалась девушка. Умница, красавица… - Олег улыбнулся, - Догадываетесь, о ком идет речь?
- О моей матери?
- Именно.
- Наши отцы влюбились в нее с первого взгляда. Вместо одного дня Елена посвятила им целую неделю. Она была профессионалом высокого класса…
- Я знаю. Что произошло дальше?
- Ваша мать выбрала Акио, и у них завязался красивый роман. Так мой отец оказался лишним. В общем, обычная история о любовном треугольнике… Впрочем, он уступил Елену без боя, потому что очень ценил дружбу с Акио. Тем более, что у того были самые серьезные намерения - жениться на вашей матери. К тому же она ждала от него ребенка… Накануне вашего рождения мой отец снова отправился к Акио в Японию. Они проводили совместное исследование и хотели вернуться в Союз вместе. Но что-то задержало обоих, и о появлении дочери ваш отец узнал на своей родине. В тот день и была сделана известная нам фотография. То, что произошло позже, не имеет логических объяснений. Акио внезапно исчез, и отец был вынужден вернуться один. Он, как мог, стал помогать вашей маме. А она была в отчаянии. Никак не могла поверить в предательства Акио. Затем отец познакомился с Эльзой - моей матерью, они поженились, и вскоре родился я. А потом какой-то борзописец обвинил его в пропаганде оккультизма и прочих грехах и отцу пришлось уехать из страны. Эмигрировать.
- Так значит, вы живете в Японии?
- Нет. Мы поселились в Германии. Там у нас много родственников по маминой линии. Но в Японии были не раз…
Олег умолк и задумался, возникла пауза.
- Так зачем вы собирались меня искать? – нарушила ее Маи.
- Да-да, - очнулся он и продолжил, как показалось ей, нарочито будничным тоном, за которым обычно пытаются скрыть волнение, - Понимаете, когда началась травля отца, он воспользовался помощью вашей мамы – попросил ее спрятать на время небольшую коробку. В ней были некоторые его работы: дневники, исследования и талисман - стеклянная восточная безделушка. А потом, в спешке покидая страну, он забыл забрать свои вещи. Точнее просто не успел. Отца уже нет среди живых, а я пошел по его стопам. Мне очень нужно отыскать эту коробку.
Маи вздохнула и пожала плечами.
- Увы, но вряд ли я смогу вам помочь. После смерти мамы я продала квартиру и переехала в бабушкин дом. Забрала с собой мамины вещи, но уверяю вас, никакой коробки среди них не было.
Олег помрачнел.
- А, может, существует какое-то место, где ваша мама могла ее спрятать?
-  Например?
- Ну, я не знаю… Близкие друзья, дача…
- Дача есть, - кивнула Маи, - Небольшой, почти развалившийся домик за городом. Я там давно не была…
- А мама? Она там бывала?
- Да, часто. Особенно летом. Сажала вокруг дома цветы, а потом днями могла сидеть на террасе и смотреть на них…
- Это замечательно! – воспрянул Олег, - Поедемте прямо сейчас!
- Сейчас? Туда добираться больше двух часов. А потом назад…
Мужчина умоляюще прижал руки к груди:
- Прошу вас! Я возьму такси. Да что там такси, я заплачу любые деньги. Мне, как воздух нужны работы отца. Как воздух!
Маи взглянула в его горящие глаза. Ей импонировал их блеск,  исследовательский пыл и почти детское нетерпение. Словом, она сдалась:
- Ладно, поехали. Только мне нужно вернуться домой, забрать ключи. Дача хоть и разваливается, но под замком…     
* * *
«Восемнадцать ноль-ноль» - сообщил радиоприемник, и водитель принялся крутить ручку в поисках шансона. Они сидели рядышком на задних местах. Олег, еще пять минут назад без умолку болтавший о своих исследованиях, вдруг затих и сосредоточенно уставился в окно. «Счастливый человек» - подумала Маи. Она немного завидовала фанатикам. Вернее их блаженному дару – растворяться в любимом деле и не замечать ничего вокруг.
«Дорога, дорога, ты знаешь так много о жизни моей непростой» - запело радио. Водитель одобрительно кивнул и даже стал тихонечко подпевать.
Но вдруг музыка отошла на второй план, и в голове Маи отчетливо зазвучали мысли Олега. Он был сильно возбужден, так что даже его внутренний голос дрожал от волнения.
«Все очень удачно складывается, - думал Гордиевский, - О нашей встрече никто не знает, и предупредить о поездке она никого не успела. Водитель – случайный человек, сегодня здесь – завтра там… Главное – найти ЕГО! А потом один точный удар в сердце – и все. Лезвие острое – войдет как по маслу. Закопаю труп в саду. Надеюсь, там есть сад…»
Маи обомлела. Перед ее глазами поплыли зеленые круги с огненно-красной каймой по краям – верные предвестники обморока. Сильная духом и телом, она оказалась не готова к подобному повороту событий.
«…Пока доедем – как раз стемнеет, - отражались многократным эхом в ее голове слова Олега, - А если там не будет лопаты? Брось, ты не о том сейчас думаешь. Когда ОН окажется в твоих руках, все остальное сложится как по нотам. Скорее бы…»
    Щеки Маи предательски запылали, к горлу подкатил приступ дурноты. Ослабевшей рукой она потянулась к кнопке на дверце и опустила стекло. В окно ворвался прохладный вечерний воздух.
- Душно? – участливо поинтересовался водитель, - Или укачало?
- Немного, - соврала Маи, не узнав собственного голоса.
- Скоро приедем…     
«Главное - не потерять сознания, - уговаривала она себя, - Но, за что?! За что меня убивать? Что я ему сделала? Разумнее всего остановить машину, сослаться на плохое самочувствие и перенести поездку. Затем вернуться в город и все рассказать милиции. Но тогда Гордиевский может заподозрить неладное и неизвестно чем все закончится. Преступник, задумавший убийство, найдет способ и возможность его осуществить. Я, конечно, могу справиться с ним при нападении, но для этого нужно быть все время начеку… но и в милицию идти бесполезно. Что я предъявлю там, в качестве доказательств его ужасных планов? Свою способность слышать чужие мысли? Это не аргумент. В лучшем случае сочтут сумасшедшей. Нет, раскрывать себя нельзя. Тогда что же делать? Ждать, пока он нанесет смертельный удар  в сердце? Стоп. Гордиевский сказал, что должен найти его. И только после этого – избавиться от меня. Но что он ищет? Какой-то важный документ, о котором никто не должен знать? А, может быть, он просто сумасшедший? – мелькнула новая догадка, - Только без паники. Этот человек не тронет тебя, пока не обнаружит то, что ищет. А он не обнаружит. Если его отец действительно отдал что-то на хранение моей маме, то она надежно спрятала эту вещь. А теперь думай – куда…»
Маи вспомнила, как в детстве играла с соседским мальчишкой Левой в привидения. Эту роль они исполняли по очереди, прячась в разных труднодоступных местах – в узкой щели за диваном, в коробке из-под телевизора и даже на антресолях. А, спрятавшись, пугали друг друга загробными голосами: «Бойся меня, я иду за тобой, у-у-у-у!» Так вот, однажды Лева забрался в камин. Маленький, цепкий как обезьянка, он ухитрился подняться вверх по дымоходу. Оттуда звук получался особенно гулким и страшным. Но, оказавшись внутри, мальчик затих. А через пару минут вывалился перемазанный сажей, с конвертом в руках. В конверте лежали какие-то бумаги и фотографии, но они не успели рассмотреть их – пришла мама. Она немедленно забрала находку, строго отчитала Маи за баловство и выпроводила обоих играть в сад. В саду Лева рассказал, что нашел конверт на полочке в виде двух выдвинутых из стены кирпичей. Безусловно, это был тайник. До вечера они словно два шпиона шептались о нем, но на следующий день Леве купили велосипед и, увлеченные катанием, друзья благополучно забыли о  находке.
«Итак, место номер один - дымоход, место номер два – чердак» - заключила Маи.
В чердачной стене, под пожелтевшими от солнца обоями была скрыта маленькая тайная дверца. За ней бабушка – мамина мама, иногда хранила деньги. Ей казалось, что это очень надежный тайник и если грабители, не дай Бог, проберутся в дом, то ни за что не найдут его.
«И все же, на даче оставаться нельзя, - подумала она, - Выберу подходящий момент и побегу через лес. Выйду к поселку, найму любого местного с машиной и вернусь домой. А что потом? Буду сидеть и дрожать? Подожди-подожди, кажется, есть идея получше…»  
- Приехали! – бодро сообщил водитель, - Вот эта улица, вот этот дом, как поется в известной песне…
Олег протянул ему деньги, мужчина внимательно посчитал их. Обнаружив чаевые, расплылся в довольной улыбке и подмигнул Маи:
- Ну, молодые люди, приятного вам отдыха в этом живописном местечке!
Старый сад полностью поглотил дом, лишь острая черепичная крыша удивленно выглядывала из-под разбушевавшейся зелени. Заросли казались непроходимыми. Маи с трудом открыла просевшую от времени калитку и по утопающей в высокой траве тропинке они прошли к крыльцу.
- Сказочное место, - восхищенно произнес Олег, - Я бы с удовольствием пожил здесь денек-другой… Воздух можно ножом резать…
При упоминании ножа Маи вздрогнула. Затем отперла большим ключом дверь. Из дома пахнуло сыростью.
- Вы проходите, осмотритесь, а я схожу к колодцу – воды наберу. Пить очень хочется…
Когда Гордиевский скрылся за дверью, Маи бросилась вглубь двора. Там, спрятавшись за кустом рябины, достала мобильный, набрала номер и зашептала как заклинание:
- Шереметьев, миленький, возьми трубку…
- Маи, вы где? – неожиданно позвал ее из дома Олег.
- Слушаю, - откликнулся, наконец, майор.
- Андрей, это Маи Танака! - взволнованно заговорила она, прикрыв рот ладонью.
- Маи? – переспросил Шереметьев, - Вас почему-то плохо слышно.  Можете говорить громче?
- Маи! – снова позвал ее Олег и его голос значительно приблизился.
- Меня хотят убить, - быстро сказала она, - Помогите мне, Андрей…
Когда Гордиевский подошел ближе, то увидел забавную картину: маленькая японка повисла на ручке колодца не в силах провернуть и одного круга.
- А я думал, вы спортивная девушка, - удивился он.
- Что вы, - улыбнулась Маи, - Посмотрите на эти руки…
«Пусть расслабится, - решила она, - Будет уверен, что сможет справиться со мной в два счета…», а вслух спросила:
- Вы осмотрели дом?
- Не весь.
Он энергично прокрутил ворот и ловко вынул из колодца ведро воды.
- Мне нужна ваша помощь. В доме оказалось очень много вещей… К тому же, скоро стемнеет, а свет не включается…
- Не удивительно. Нас отрезали от электричества несколько лет назад, - как можно беззаботнее произнесла Маи, - Но в комоде есть свечи. Много свечей. Мама любила устраивать волшебные вечера. Расставляла их по всему дому, зажигала и читала нам с бабушкой Пушкина…
* * *
Комната была уставлена горящими свечами, огни подрагивали от сквозняка и на стенах качались ожившие тени.
«Идеальное условие для ритуального убийства, - мысленно отметила Маи, - Нет, ты просто сумасшедшая…»  
Они осмотрели каждый уголок. Коробки нигде не было.
- Может быть, в доме есть место для тайника? – спросил Олег.
- Не знаю…
Он медленно прошелся по комнате и остановился у камина. Сердце Маи сжалось и застучало так громко, что, казалось, его стало слышно даже на улице.
- Вы пользовались камином? – спросил Олег и, не дождавшись ответа, достал из портфеля карманный фонарик.
Затем просунул голову в угольно черную дыру, посветил вверх и сосредоточенно замер. За эти несколько секунд в голове Маи успело пронестись полсотни мыслей.
- Очень интересно, - наконец сказал Гордиевский, еще раз осмотрелся и кошкой нырнул в камин.  
«Ну, вот и все. Если коробка там, то нужно сразу бежать…» - подумала она, однако вместо этого продолжала стоять неподвижно, словно вросла ногами в пол.
Олег ловко поднялся по дымоходу вверх и почти сразу спустился, держа в руках небольшую запыленную коробку. Он выбрался из камина, неся ее перед собой как невиданную драгоценность. Затем осторожно открыл крышку и дрожащей рукой вынул оттуда хрустальную фигурку дракона. Та засверкала на свету всеми гранями, как будто внутри ее загорелся костер. Этот огонь отразился в глазах Олега, и они лихорадочно заблестели.   
- Наконец-то! – прошептал он и небрежно отбросил ненужную коробку в сторону.
Десяток мелко исписанных листов веером разлетелись по полу. Затем Гордиевский перевел на Маи безумный взгляд и быстрым движением выхватил спрятанный за поясом нож. Молнией блеснуло остро наточенное лезвие. В желтом свете огней образ Олега произвел на нее необъяснимое магическое действие. В левой, высоко поднятой руке он держал хрустального дракона, в правой - вытянутой перед собой нож. Острие было нацелено прямо в сердце Маи. Умом она понимала – еще секунда и лезвие вонзится в тело, но не могла пошевелить и мизинцем.
- Да пребудет со мной сила! – громко провозгласил Гордиевский.
В этот момент кто-то схватил ее за плечи и мощно отшвырнул в угол комнаты. Тут же прозвучал знакомый голос.
- Нож на пол! - скомандовал Шереметьев.
Но Олег и не думал подчиняться. Решительно настроенный закончить начатое, одним прыжком он оказался рядом с Маи.
Прозвучал выстрел, от которого на куски разлетелось оконное стекло. Этот звук вывел ее из оцепенения. Маи подскочила и выбила нож из рук Гордиевского. Между мужчинами завязалась драка. Хрустальный дракон выскользнул к ее ногам и девушка, не долго думая, ударила им взявшего верх Олега. Мгновенно умолкли все звуки. Где-то вдалеке протяжно и жалобно завыла собака. Шереметьев поднялся на ноги, и Маи бросилась к нему.
- Все хорошо, - сказал он, крепко обняв ее за дрожащие плечи, - все хорошо…
* * *
Спустя несколько дней они сидели за большим дубовым столом в его милицейском кабинете. Маи рассказала Шереметьеву все в деталях, исключив лишь одну маленькую подробность – свою способность слышать чужие мысли.    
- Да у вас просто талант – влипать в криминальные истории, - улыбнулся майор.
- Это правда. Вы выяснили, почему он хотел меня убить?
Шереметьев кивнул.
- Причина в той стекляшке, которой вы приложили Гордиевского. Ирония судьбы. Она должна была принести ему совсем другое… Дело в том, что японцы называют горный хрусталь замерзшим дыханием Дракона. А сам Дракон у них – символ высшей силы. В результате это сочетание якобы порождает невиданные магические свойства. Ваш амулет оказался довольно старым. По предварительным оценкам – четырнадцатый век… Древние придания гласят, что хрустальный Дракон наделяет своего владельца магическими способностями. В данном случае амулет принадлежал вашей маме, а после ее смерти перешел к вам. Гордиевский мог просто забрать его, но тогда, все по тем же преданиям, сила Дракона уменьшилась бы вдвое. А вот если убить бывшего хозяина одним ударом в сердце, то амулет увеличит могущество нового владельца в десять раз. В общем, темное дело… Там еще много всяких глупостей. Например, можно вернуть умирающего к жизни, подарив ему этого Дракона. Или исполнить самое заветное желание… Одним словом, восточные сказки во всей красе.
- А если это не сказки… - задумчиво произнесла Маи.
- Ну, тогда вы наделены магической силой, - усмехнулся майор, - Признавайтесь: умеете летать или исцеляете прикосновением?
- Слышу чужие мысли, - честно ответила она.
Шереметьев расхохотался.
- Ладно. Все это очень весело, но факт остается фактом – вы едва не лишились жизни. Кстати, откуда вам стало известно, что Гордиевский хочет вас убить?
Маи вздохнула и обреченно соврала:  
- Догадалась. Сопоставила некоторые факты…
«Ничего не поделаешь, если ложь намного убедительнее правды» - подумала она и, помолчав немного, спросила:
- Что ему теперь грозит?
- Все зависит от психиатрической экспертизы. Есть вероятность, что у парня не все в порядке с головой. Начитался всякой дребедени, вот крыша и поехала…
Шереметьев открыл ящик стола, достал из него сверток и протянул гостье.
- Что это? – спросила она.
- Ваше наследство.
Маи развернула бумагу. В ней лежал хрустальный Дракон. На мгновение девушке показалось, что глаза его вспыхнули красными огнями, и внутри блеснула молния.
- Когда обнаружите в себе магический дар, обязательно сообщите, - подмигнул ей майор.
- Непременно, - пообещала Маи.
- Да, кстати, вот еще… - он протянул несколько пожелтевших листов, - Тут всякие заклинания и прочая ерунда из коробки. Развлечетесь на досуге…
* * *
Поздно вечером Маи заварила себе крепкого зеленого чая и принялась читать монографии Гордиевского старшего.
«Этот труд принесет тебе невиданные открытия, - гласила первая строка, - Дождись третьего дня луны, обратись лицом к ее зарождающейся дуге… - Маи инстинктивно взглянула в окно. Тонкий светящийся серп висел в небе, касаясь нижним концом старой ивы во дворе, - Закрой глаза и прислушайся. Путник уже идет в твой дом. Он несет с собой главную весть...»
Вдруг Маи вздрогнула. В палисаднике скрипнула калитка. Во дворе послышались чьи-то шаги и через несколько секунд раздался стук в дверь…