Сижу на кухне, затаилась, жую лаваш. Хочу сыра с маслом, но не беру – холодильник может разбудить Юльку. Ей скоро полтора и у нее очень чуткий сон. Очень. По этой же причине чайник тоже не включаю – шумит громко. За печеньем в шкаф тем более нельзя – дверцы скрипят. Вот и жую всухомятку. Солью посыпала – вкусно.

 

Звонит мне подруга и вместо «здрасте» спрашивает, счастлива ли я. А у меня сумасшедший дом – компьютер приказал долго жить – ни угрозы, ни уговоры не действуют. А работа стоит - материалы в журнал задерживаю, киностудия нервничает - ждет законченный сценарий, муж звонит из супермаркета и просит прислать список покупок, Юлька измазала пластилином стены и с чувством выполненного долга требует кашу, а каша сбежала, потому что попытка успеть вымыть голову пока закипит молоко – идиотизм… 

 

Ну вот, у меня растет принцесса-кокетка. Я в ее нежном возрасте полутора с хвостиком лет была «лопух обыкновенный». Если и отличала мальчиков от девочек, то исключительно по машинкам/куклам в руках. Она же на девочек смотрит скептически, а на мальчиков снисходительно, мол, я знаю, что вы мной восхищаетесь, это так естественно…  А тот, кто не восхищается, получает ведерком. Или лопаткой. 

 

- Молодец, Юлечка! – громко кричу я и хлопаю в ладоши. 

Мои восторги вызваны ее обыкновенным скатыванием с горки. Дети выстраиваются паровозиком, взбираются наверх по ступенькам, потом садятся на попы и едут вниз. Юлька, несмотря на природную легкость, ухитряется делать это как-то криво. Но для меня она – Майя Плисецкая, исполняющая свои знаменитые зависающие жете.      

 

Интернет – страшная вещь. Садишься к компьютеру на минутку, а потом смотришь – второй час пошел. Но именно здесь как нигде открываются закоулки души человеческой. 

 

Он мне сразу не понравился. Маленький, щуплый, уши оттопырены, взгляд такой, будто вот-вот заплачет. И зовут Викентий. В общем, не мой тип. Но Юлька… Кто бы мог подумать?! Он мне сразу не понравился. Маленький, щуплый, уши оттопырены, взгляд такой, будто вот-вот заплачет. И зовут Викентий. В общем, не мой тип. Но Юлька… Кто бы мог подумать?! 

 

Моя подруга Яся прошла недельный тренинг «Полюби себя немедленно». Вернулась окрыленная, с нездоровым блеском в глазах. Теперь она пылко любит все свои сто двенадцать килограммов и уверена, что окружающие делают то же самое...

 

Хочется быть хрупкой, нежной, маленькой колибри. Носить серебряные браслеты на тонких запястьях, длинное струящееся платье и невесомую шубку. Сидеть на заднем сидении мчащегося по городу роскошного авто, с задумчивой, едва уловимой улыбкой смотреть в окно и мечтать о лете...

 

Как-то я стала замечать, что заранее не люблю людей. То есть, совсем еще не знаю человека, а уже его не люблю. Просто не жду от него ничего хорошего. Зато потом никаких разочарований…

А недавно я опаздывала на важную встречу...

 

Есть одна фотография, которую я могу рассматривать бесконечно долго. Абсолютно случайный снимок. Был март, слякотный и серый. Я шла на день рождения подруги и по ее просьбе захватила фотоаппарат. У нее, конечно, есть свой, но хуже. В общем, шла я быстро, почти бежала, перепрыгивая через лужи, потому что опаздывала, а подруге так хотелось запечатлеть хронологию событий с самого начала. Чтобы потом всем рассказывать: «Вот я встречаю гостей», «Вот разворачиваю первый подарок», «Вот второй», «Вот третий», «Вот задуваю свечи», И так далее и тому подобное…
Словом, бегу я и вдруг замечаю – воробьи расселись на проводах как ноты. В детстве в каком-то старом мультике я видела похожую картинку. Только там, кажется, были ласточки. Думаю: «Забавный может получиться кадр». Щелкаю и хочу идти дальше, как прямо передо мной разворачивается сцена.

 

Страница 1 из 5